Полковой аккордеонист заиграл вальс. Молодые люди тут же закружились в танце, оставив все свои заботы за пределами пустыря. Никто в тот момент даже не думал о том, что этот вальс может быть последним в его жизни.
ШЁЛ 1942 год. Великая Отечественная война уже принесла людям много горя и печали. Тёплым июлем в лесу, что находился близ села Хлевное, расположилась военная часть. Именно в ней служили молодые сибирские курсанты.
Полным ходом в военном училище юноши готовились к предстоящему выпускному вечеру. Форма была начищена и наглажена, волосы коротко подстрижены. Всего через пару дней курсантам предстояло получить звание младших лейтенантов. Но важному для парней празднику не суждено было состояться. Пришёл приказ: срочно выехать на фронт. И уже через какое-то мгновение молодые бойцы находились в военной части, располагающейся в нашей лесополосе.
Звание молодые люди, конечно, получили, а вот выпускной вечер вместе с мыслями о прекрасном будущем так и остались всего лишь мечтами.
Старший лейтенант в их части был очень добрый. Он знал, насколько был важен для молодых бойцов этот несостоявшийся праздник. В один из спокойных летних дней, когда взрывы на линии фронта немного утихли и только изредка нарушали покой шальные пули, старший лейтенант отправился в Хлевное, чтобы подобрать хорошее место для проведения выпускного вечера. Долго искать не пришлось. На улице Степана Разина был пустырь, который местные жители попросту называли выгоном. Места более подходящего найти было просто невозможно.
Прошёл старший лейтенант и по ближайшим к выгону домам, чтобы отпросить у матерей и бабушек девчат. Ему хотелось, чтобы его подопечные вдоволь натанцевались с девушками.
Марии Тимофеевне Коптевой тогда было 18 лет. Она помнит тот день, как будто всё было вчера. Её мама, Екатерина Акимовна, сразу откликнулась на просьбу старшего лейтенанта и разрешила дочери посетить выпускной бал молодых офицеров. Из сундука они достали самое лучшее платье и новые туфли, которые Мария так берегла для важного события.
СТОЯЛ тёплый июльский вечер. После дневной жары на землю пала живительная прохлада. На тёмном небе не было ни облачка, лишь полная луна слабо освещала пустырь, где группками стаяли нарядно одетые девушки, ожидающие прибытия курсантов. Всем на удивление вечер был необычайно тих и спокоен, лишь на ветках звонкими песнями заливались птицы. Время неуклонно приближалось к десяти часам, и тут раздалось тихое гудение мотора. К выгону подъехала военная машина, из которой на поляну высыпали совсем юные, безусые офицеры.
Несмотря на то, что военная часть находилась в лесу, сапоги их были начищены до блеска, тщательно наглаженная форма идеально сидела на каждом из них. Одним своим видом парни свели девушек с ума, а уж своими манерами они походили на самых настоящих сказочных принцев.
Полковой аккордеонист заиграл вальс. Молодые люди тут же закружились в танце, оставив все свои заботы за пределами пустыря. Никто в тот момент даже не думал о том, что этот вальс может быть последним в его жизни.
Девушек было меньше, чем парней, но танцевали все. Девчата старались не обделить вниманием ни одного курсанта. У многих в тот вечер друг к другу появилась симпатия. Так, например, Мария познакомилась с младшим лейтенантом Павлом, который весь вечер проявлял к девушке неподдельный интерес.
На звуки аккордеона и весёлое пение офицеров на выгон сходились жители села. Какое-то время с любопытством и настороженностью они наблюдали за веселившейся на поляне молодёжью, а позже, окружив выпускников, хлопали и смеялись, как раньше, словно вновь настало мирное время. Может, именно после этого праздника в 1942 году наши выпускные вечера начали отмечать всем селом.
Несколько раз откладывали ребята окончание своего бала. Всем хотелось подольше потанцевать с девчатами. Но всё хорошее подходит к концу. Около полуночи, спев на прощание последнюю песню, молодые офицеры прыгнули в кузов машины, и она, не спеша, двинулась в сторону Пополитовского леса. Парни и девушки прощались навсегда.
ПРОШЛО несколько дней, а хлевенцы всё вспоминали офицерский выпускной, танцы и песни, что рекой лились в ту ночь.
Но однажды поздно вечером в дом Марии кто-то постучался. Не без страха женщины приоткрыли дверь. На пороге, покачиваясь, стоял молодой офицер Павел. Как он нашёл дом, девушка спрашивать не стала. Екатерина Акимовна тоже решила лишних вопросов не задавать. Перед ними стоял не тот жизнерадостный парень в начищенных и выглаженных одеждах, а изнеможённый офицер в порванной окровавленной гимнастёрке. Ранее блестевшие чистотой сапоги были покрыты чернозёмом. Левая сторона Павла была в рваных ранах. Челюсть, шея, часть груди у парня были в крови.
Женщины усадили бойца на скамейку. Он был очень голоден. Мария подала ему кусок хлеба и кружку молока. Никогда девушка не забудет: сквозь рану Павла было видно, как молоко перемешивается с кровью и проходит глубже по пищеводу. Расшитым полотенцем Екатерина Акимовна перевязала раны офицера.
Немного отдышавшись, Павел попросил проводить его. Офицер, хотя ему трудно было говорить, рассказал о том, что их распределили по разным местам и что о судьбе остальных ребят ему ничего не известно. Знал он лишь то, что пока идут ноги, нужно идти вперёд.
Когда вышли на грейдерную дорогу, ведущую в Липецк, возле них остановилась машина с офицерами. Мужчины погрузили в кабину раненого и поблагодарили отважную девушку за помощь.
Кроме воспоминаний о той встрече, ничего не осталось. Но Мария Тимофеевна и сейчас свято верит в то, что Павел и остальные офицеры вернулись после войны домой живыми и невредимыми.
Объявления
